Симфония-333, Замкнутый круг

подвал

Cимфония-333

Замкнутый круг

Карина открыла дверь и вступила в абсолютно черное пространство. Она сразу почувствовала какую-то насыщенность и густоту. Теперь уже Карина реально ощущала, как холодный, затхлый и спертый воздух густыми потоками струится по ее телу. Как будто бы это был уже не воздух, а какая-то очень легкая жидкость. Чавкающие и булькающие звуки теперь уже наполняли все окружающее пространство. Для Карины стало совершенно очевидно, что таинственный зверь и есть этот жидкий воздух, ласкающий ее тело невидимой, холодной, скользкой слизью подвальной сырости. Протянув руки вперед, она сделала пару неуверенных шагов внутрь помещения. Все ощущения от этого сразу усилились. Особенно сильно воздушный зверь облизывал ее промежность. «Я поняла, чего ты хочешь. Ты хочешь войти в меня. Я должна отдать тебе себя полностью. Но перед этим я должна полностью освободиться». Раздвинув широко ноги, Карина села на корточки, и в тот же миг вибрация в промежности достигла долгожданной заветной вершины. Холодные, просто леденящие, сладострастные волны потекли по бешено трясущимся ногам. Шею и спину свело судорогой, а в волосах запрокинутой назад головы она явно ощущала массирующие движения невидимых пальцев…

Когда содержимое кишечника мощным потоком полилось из нее на пол, Карина перестала видеть темноту. У нее в глазах стало светло. Невероятной силы вибрация начала бешено циркулировать по всему телу. Одновременно с этим в задний проход, словно холодный клинок, вонзилась мощная струя в виде сладострастного зуда такой же невероятной силы. Карина уже не ощущала ногами пола, она вообще уже не знала, кто она и где она. Она растворилась в воздухе, в холодных волнах, во времени. Ее не стало. Этот супероргазм, это невероятное безумно-демоническое исступление продолжалось очень долго… но оно не могло продолжаться всегда.

Она очнулась. Первым ее открытием было то, что она жива! Второе открытие: она лежит на полу в собственном дерьме. Третьим открытием стало то, что ее окружает полная тишина: от хлюпающих и булькающих звуков не осталось и следа. Четвертое открытие: она начала остро ощущать жуткий холод, и дикая дрожь в руках и ногах уже не является следствием возбуждения, она реально замерзла. Пятое открытие: ее окружает полная темнота – в окружающем пространстве никакого, даже очень слабого, намека на дверной проем не обнаружилось. Шестое открытие – дерьмо воняет! Это было самым ужасным открытием. Оно воняло так, что у Карины слезились глаза. Плюс к запаху ее собственного дерьма, она начала остро чувствовать затхлый мертвецкий смрад подвального помещения. «Надо выбираться отсюда!»

Немного потоптавшись на одном месте, Карина, вытянув руки вперед и судорожно шмыгая носом, пошла наугад в первом попавшемся направлении. Ей казалось, что она шла целую вечность. Наконец ее пальцы уперлись в шершавую холодную стену. Понимая, что другого пути нет, она начала медленно продвигаться влево вдоль стены. Где-то должна быть дверь. Раз угол… два угол… третий угол… четвертый… «Птьфу ты – дура, нет, чтобы сразу пойти направо! Нет же, все тебя, извращенка чертова, тянет налево! Когда же, наконец, появится эта чертова дверь?». И тут с ней случился шок, ее начало трясти с такой силой, что пришлось присесть на корточки, чтобы не упасть. Сознание отключилось. Нет, она не потеряла сознание. Сознание просто отключилось, потому что в нем просто отпала необходимость. Дальше от сознания и от разума уже ничего не зависело, потому что Карина пришла в пятый угол. Даже не пытаясь анализировать этот факт, она очень быстро повторила заново весь маршрут… шестой угол… седьмой… восьмой… девятый угол! Вот тогда по настоящему стало страшно: «Что это – еще жизнь или уже смерть? Где я – заживо в могиле или уже в преисподней?».

* * * * *

Дан сидел на полу, облокотившись о стену. Его взгляд был устремлен в зеркальную бесконечность, видимую сквозь безобразную дырищу в шторках. На этот раз он не подходил и не высовывался в эту дыру. Он знал, что там увидит. Не нужно быть гением, чтобы догадаться – там лежит она! Он сидел так уже примерно полчаса, и все это время слезы, не прекращая, текли по его щекам. «Демон живет у меня внутри. И он был во мне еще до встречи с Владой. Видимо профессор, очистив мои мозги от всех известных вирусов, очистил пространство для всех неизвестных. Наверно, сразу после операции, я подхватил какой-то неизвестный вирус бешенства, может, даже от той бездомной собачонки. Почувствовав в моем организме рай с плодородной почвой при абсолютном отсутствии конкурентов, новый вирус моментально развился до катастрофических масштабов. Я являюсь носителем и разносчиком этого вируса, но, как ни странно, на меня самого вирус не действует… Вот тебе и Симфония-333!». Дан проклинал профессора всеми чертями и дьяволами…

* * * * *

– Что у вас? – женщина врач сидела в кресле перед монитором. Вульгарно раскинув ноги и держа стрелку между ними, она стреляла лучиком по виртуальным кнопкам какой-то медицинской программы. Не отрываясь от работы, женщина небрежно кивнула головой на соседнее кресло:

– Присаживайтесь.

Дан сел, осмотрел женщину с головы до ног и начал заново подбирать слова, потому что те слова, что он уже приготовил, для этой вульгарной тетки не подходили.

– Ну, выкладывай, чё пялишься то? – врачиха демонстративно поправила халат на уровне своей груди, как бы намекая, что она не сомневается в том, что именно ее пышная полуоткрытая грудь привлекла внимание Дана и вызвала у него заминку. Скривив губы, Дан начал:

– Понимаете, у меня какой-то вирус, странный…

– Это для вас он странный, молодой человек, а для нас обычное дело. Давай уж, мальчик, покороче и ближе к телу, – сделав очень сильный акцент на слове «мальчик», явно довольная своей плоской шуткой, женщина издала некоторое подобие смеха. Потом резко повернула к Дану кресло и, даже не соизволив запахнуть халат и сдвинуть свои смачные ляжки, продолжила:

– Давай, рассказывай где, с кем и как? – она опять хохотнула.

Дану захотелось встать и уйти, но… куда идти? Везде такие же бл…

– Понимаете, это действительно необычный вирус, – решил продолжить Дан после того, как «тетка» все-таки запахнула халат и, отвернув от него кресло, снова начала пускать стрелки в монитор. – Дело в том, что этот вирус вызывает у людей странную реакцию. Я бы сказал очень странную. Они буквально сходят с ума, они звереют и впадают в бешенство, ломая и круша все на своем пути…

– Вау, да ты не из этой ли секты зоофилов, про которую две недели назад шумели по всем каналам. Признавайся сразу, если ты подхватил бешенство, насилуя собак, то я тебе ничем помочь не могу. Тебе нужно обратиться по другому адресу, вот так-то, любитель экзотики.

– Меня заразили вирусом, делая операцию на мозг…

– Да-а? Что ты гворишь?! И в какой же больнице тебе делали операцию? – жирная ляжка врачихи начала потихонечку нервно подрагивать.

– Я не знаю. Меня привезли туда без сознания. Какая-то далеко за городом, старая, полуразваленная…

– А-а, «Восточная» дотационная. Угораздило же тебя туда попасть. Лучше места не нашлось?

– Знаете, меня не спрашивали! – Дан тоже потихонечку начинал терять терпение.

– Что-то я не припомню, что бы в «Восточной» практиковали операции на мозг.

– Ради меня сделали исключение.

– Надо же, какие люди у нас в гостях! И кто же тебе делал операцию? Я-то, в принципе, многих там знаю – работала одно время.

– Да я не знаю. Какой-то профессор, он мне не представился, и его ассистент, Володя, кажется, он его называл. Вообще, возможно, что операцию мне сделали совершенно в другом месте, а потом привезли в эту, как вы говорите «Восточную» дотацио-о-о…

Звуки застряли у него в горле, потому что с женщиной стало что-то происходить. Поначалу вроде все было нормально. Она вела себя несколько вульгарно, но свободно, раскованно и, самое главное, расслаблено. Но когда речь пошла про операцию, она начала потихоньку заметно нервничать и ерзать по креслу своими смачными ляжками. А когда Дан сказал слово «Володя», ее буквально начало трясти, а дальше… глаза начали быстро краснеть и из горла вырвался уже знакомый Дану клокочущий и булькающий звук.

Зная абсолютно точно, что произойдет в следующее мгновение, Дан вскочил с кресла и бросился наутек. Выбегая из кабинета, Дан налетел на какого-то старичка и сбил его с ног. Ему тоже на ногах устоять не удалось и, слегка крутанувшись в воздухе, он упал на копчик. Дыхание сразу перехватило, и Дан, скрючившись, упал набок, словно рыба не песке, хватая губами воздух.

В кабинете тем временем начиналась буря. Грохот и треск, скрежет и звериный крик. Люди, как замороженные, останавливались и втягивали голову в плечи. Едва только Дан успел прийти в себя и подняться, как из кабинета выскочил Монстр. Представьте себе человека, у которого сразу все мышцы напряжены и раздуты, жилы и вены на шее, как толстая проволока, глаза – два кровавых выпученных шарика, а выражение лица…

Дан с пробуксовкой бросился бежать по коридору в сторону модульной площадки. Его преследовали по пятам кошмарные клокочущие и булькающие звуки. На его счастье, в тот момент, когда он подбежал к площадке двое, мужчина и женщина, вошли в модуль и уже назвали какой-то адрес. Забежав в модуль вслед за ними, Дан громко крикнул: «Да» и быстро развернулся. Двери захлопнулись прямо перед этими кошмарными выпученными кровавыми шариками и… страшный удар, но уже где-то сверху. Модуль стремительно погружался в бездну подземного лабиринта.

– Что это было? – услышал Дан за спиной. Не придумав, что ответить, он промолчал, продолжая стоять спиной к пассажирам. Неожиданно на его плече легла рука и резко развернула на сто восемьдесят градусов. – Я к кому обращаюсь, еб…

Это было самое худшее, чего можно было ожидать. Взглянув в глаза мужику, Дан понял, что сам загнал себя в смертельную ловушку. Прямо перед ним вновь зарождалось то, от чего он только что сбежал. Краснеющие глаза, вздувающиеся мышцы и вены не оставляли никаких надежд. Четыре стены модуля, сделанные из толстого пластика, не оставляли никаких шансов на возможность бегства. Но…

Оттолкнув мужика в сторону кресла, Дан подбежал к монитору и слегка присел, словно вратарь в воротах. Некоторое время новый монстр стоял, слегка нагнувшись, и издавал знакомые уже звуки. Потом, резко разогнувшись, схватил кресло и коротким резким движением бросил его в сторону Дана. Все произошло настолько быстро, что Дан едва успел отскочить в сторону. Раздался оглушительный треск, но монитор выдержал. Шансы на спасение уменьшились, но еще оставался один последний вариант. Оттолкнув кресло в сторону, Дан снова встал в прежнюю позицию. Самое главное теперь было не погорячиться и все сделать вовремя. Мужик был похож на быка, которому вкололи укол перед тем, как выпустить на родео, не хватало только рогов. Слегка наклонив голову и помахав несуществующими рогами, на полусогнутых ногах он ринулся на врага.

Получилось! Дан успел вовремя. Упав пластом на пол, он снова услышал оглушительный треск и… тишина. Подняв голову, Дан увидел хорошо знакомую дырищу и после этого с замиранием сердца, обернулся на женщину, которая на протяжении всего происходящего, стояла с лицом белее белого, вжавшись в угол модуля. Надежды на лучшее не оправдались. На том месте, где минуту назад стояла женщина, уже стоял новый монстр. Времени на размышления не было. Победить в рукопашной схватке эту чудовищную энергию Дан совершенно не рассчитывал. Поэтому он сделал единственное, что можно было сделать в данной ситуации. Не дожидаясь того, когда его начнут превращать в отбивную, Дан вскочил и быстренько вылез из модуля в только что образовавшуюся дыру и повис над пропастью, зацепившись руками за нижний край разбитого монитора. Женщина высунулась вслед за ним и, пытаясь схватить Дана за голову, резко наклонилась. Дан увернулся. Женщина сорвалась и полетела вниз, но в последний момент успела ухватиться за его ногу. Руки Дана врезались в острые края разбитого монитора, и кровь потекла по рукам, унося из тела силы и надежды.

Когда Дан уже чувствовал, что пальцы вот-вот разожмутся, и он вместе с монстром полетит в пропасть, впереди из темноты подземного лабиринта вылетел другой модуль. Он летел по встречной линии, расположенной примерно на два метра ниже того модуля, на котором висела сейчас гирлянда из Дана и монстра. Все произошло в считанные секунды. Раздался глухой удар – модуль врезался в женщину, и Дан, с увесистым осколком монитора в руках, полетел следом. В мгновение ока они поменялись ролями. Теперь женщина лежала всем корпусом на крыше нового модуля и, свесив руки, держала за ногу Дана, а он теперь висел головой вниз. Дан тщетно вглядывался в темноту, пытаясь сориентироваться, далеко ли до дна этой черной бездны, но внизу и вокруг ему удалось увидеть только едва-едва различимые нити какой-то глобальной кристаллической структуры.

«Хрясь!» – послышалось сверху. Дан вдавил подбородок в грудь и посмотрел вверх. В стенке модуля прямо под женщиной появилась дыра. Видно она умудрилась пробить ее кулаком! Маленькая надежда на спасение опять затеплилась в мозгу Дана. Втянув полную грудь воздуха, он что есть сил напряг мышцы живота и, подняв туловище, зацепился левой рукой за край дыры. А осколком монитора, оставшимся в правой руке, начал со всей силы долбить по руке, державшей его ногу. Забрызгав себе все лицо кровью, он все-таки достиг своей цели – рука разжалась и женщина исчезла на крыше модуля. Долго не раздумывая, Дан подтянулся и, забросив руку по локоть в дыру, слегка передохнул, сделав три глубоких вдоха. Затем, закинув в дырку вторую руку уже по самое плечо и зависнув в таком положении, заглянул внутрь модуля. Слава богу, там никого не оказалось, пустой модуль шел на вызов. Едва только Дан впихнул свое тело внутрь и упал на пол, как сверху раздался оглушительный удар и монстр рухнул головой вниз в двух шагах от Дана. Вскочив, женщина закрутилась волчком вокруг своей оси, издавая уже не клокочущие звуки, как предыдущие монстры, а какой-то истерический высокочастотный вой. Она крутилась так целую минуту, потом резко остановилась, и ее глаза забегали в поисках жертвы.

«Восточный вокзал» – высветилось на мониторе. Это было спасение! Двери раскрылись, и Дан, вскочив с пола, сломя голову ринулся на улицу, сшибая людей, ожидавших на площадке прибытия модуля. Монстр несся за ним по пятам. Дан лихорадочно стрелял взором по сторонам: «Что дальше? Куда бежать?».

Увидев на пути открытую дверь автобуса, запрыгнул внутрь и заорал на водителя:

– Закрывай срочно дверь и поехали отсюда!

Дважды повторять не пришлось. Водитель и сам увидел ЭТО, приближающееся к его автобусу. Закрыв двери, он направил автобус прямо навстречу монстру. Удар… и монстр исчез под колесами, но автобус, продолжая движение в том же направлении, стремительно приближался к модульным площадкам вокзала. Ничего не подозревающие люди стояли спиной к приближающейся опасности и мирно ждали своей очереди.

– Стой! – заорал Дан, но автобус, не снижая скорости, расплющил толпу об стену, и Дан ударился головой о лобовое стекло. Сознание не потерял, но некоторое время ничего не видел. Когда же он пришел в себя и посмотрел на водителя, то из его горла вырвался дикий крик отчаяния. «Черт. Неужели этому не будет конца? Неужели он попал в замкнутый круг и выхода из этого нет и быть не может?».

Автобус летел по дороге, сметая все на своем пути. Вцепившись в поручни, Дан обречено наблюдал за происходящим. На что было ему надеяться в данной ситуации? Если кончится горючее, водитель наверняка переключит свое внимание на него. Если автобус перевернется, то благополучный исход тем более сомнителен. Оставалось только тупо ждать хоть какой-нибудь развязки, пусть даже самой плохой, лишь бы только поскорее все это кончилось.

Водитель, как это ни странно, превратился в монстра только наполовину. Это, в принципе, был уже даже не монстр, а просто свихнувшийся человек. Мышцы и вены не раздулись, клокотания и бульканья тоже не было слышно. Такое ощущение, что вирус ослабевает с каждым новым зараженным. Женщина в модуле, кстати, тоже очень сильно отличалась от первого монстра, в которого превратилась женщина врач. Глаза были красные, вены вздутые, но звериных звуков Дан от нее тоже не слышал. Невероятно, но монстры становились «добрее». Однако сейчас от этой новости Дану было не легче.

Автобус несся на бешеной скорости по мосту через широкую реку, а навстречу ехал, битком набитый людьми, другой автобус. Времени на раздумья не было. Это приближалась неминуемая «волчица-смерть». Дану даже казалось, что он слышит, как щелкают ее зубы. Водитель явно не собирался сворачивать и направлял свой автобус прямо в лоб стремительно приближающемуся «гроссмейстеру».

Дан бросился на водителя и изо всей силы рванул руль вправо. Автобус снес перегородки и… воткнулся в воду. Слава богу, лобовое стекло выдержало удар, и автобус, снова приняв вертикальное положение, превратился в салон плавучего «прогулочного» катера.

Дан пришел в себя оттого, что в ноздри попала вода. Он вскочил и осмотрелся. Автобус медленно плыл вниз по течению, потихонечку вбирая в себя воду и погружаясь. Пока водитель рычал, застряв где-то под рулем, Дан пробежался по автобусу в поисках спасения. Глухо. И тут он вспомнил про кнопку: готовясь всегда на выход заранее, он часто видел, как водители открывают двери нажатием этой кнопки.

Дан бросился в переднюю часть автобуса, но внезапно возникший в голове план тут же рухнул: на передней площадке автобуса стоял водитель с оторванным рулем в руках. Не успел Дан и глазом моргнуть, как водитель уже знакомым коротким и резким движением руки запустил в него руль. Однако Дану даже не пришлось уворачиваться. Меткостью монстры явно не блистали. Руль, ударившись о стенку справа от Дана, рикошетом улетел в заднюю часть автобуса. «Хрясь», и в задней стенке образовалась приличная дыра. Не раздумывая ни секунды, Дан бросился к спасительному отверстию и, вытянув руки вперед, нырнул в реку, прилично разодрав себе при этом колени об острые края дыры.

Первым делом прямо под водой он стянул с себя обувь и только после этого всплыл на поверхность. Каково же было его изумление, когда он снова увидел водителя в трех метрах от себя. Дан снова нырнул и, догнав под водой автобус, обогнул его по периметру и вынырнул со стороны лобового стекла. Некоторое время зеркальный автобус послужит для него укрытием. До того момента, когда он полностью уйдет под воду, будет время отдышаться и сообразить, что делать дальше.

Напрасно он на это надеялся: кто-то крепкой рукой схватил его за штанину под водой и стал тянуть вниз. Недолго думая, Дан расстегнул пояс и отчаянно дергая ногами, избавился от штанов. После чего, уже не мечтая об отдыхе, устремился в сторону берега. Чем ближе он приближался к берегу, тем быстрее покидали его силы вместе с кровью, что сочилась из разрезанных рук и ног. Все ближе и ближе к нему приближались всплески воды, издаваемые сзади его преследователем. Когда до берега оставалось всего метров десять, крепкие руки схватили его за рубашку, а еще через мгновение водитель навалился на него всей своей тушей и утащил под воду.

Сопротивляться уже просто не было сил. Жизненная энергия окончательно покинула его. Некоторое время Дан все-таки продержался, сдерживая дыхание, может быть, даже целую минуту, но потом губы предательски разжались, и вода хлынула в легкие. «Помолиться бы, да не знаю ни одной молитвы», – последнее, что промелькнуло у него в голове, и обессиленное тело окончательно обмякло.

* * * * *

«Куда девалась эта чертова дверь?!» – Карина в полном недоумении и не отдавая отчета тому, что с ней происходит, сделала три шага назад от стены и, наступив на что-то, поскользнулась и упала на спину, ударившись об пол головой. Перед глазами некоторое время летали звездочки, а к горлу подступила тошнота. Карина села и положила голову на колени. Некоторое время просидела в таком положении, потом попыталась подняться, но снова поскользнулась и упала лицом прямо в собственное дерьмо. Она находилась уже в таком состоянии, что даже не попыталась очистить лицо. Да, в принципе, это было и невозможно – она была совершенно голая на голом полу, обтереться нечем, да и руки тоже были испачканы. «Черт с ним, надо искать дверь, надо выбираться отсюда поскорее. Если я опять вляпалась в это дерьмо, значит, я нахожусь буквально в двух-трех шагах от выхода. Наверное, дверь просто идеально ровная и плотно закрылась за мной, поэтому, проводя по ней рукой, я путала ее со стеной и шла дальше. Теперь надо снова пройти по периметру и простучать всю стену, особенно здесь, рядом с этим местом». Карина некоторое время потопталась на месте, пытаясь сориентироваться, в какую сторону идти, наконец, приняв решение и вытянув руки вперед, пошла к стене.

Она сделала десять шагов и остановилась. «Проклятие, я ведь отошла от стены всего на три шага, значит, пока я падала и поднималась, я потеряла ориентацию и пошла не в ту сторону. Надо развернуться и пойти обратно, через тринадцать шагов должна быть стена, а там дверь». Карина развернулась, как ей показалось, на сто восемьдесят градусов и сделала тринадцать шагов… четырнадцать… пятнадцать… двадцать! «Черт возьми, значит, я просто хожу вдоль стены, так, так… где же сейчас стена? Слева или справа? Надо повернуться на девяносто градусов в любую сторону и сделать пять шагов. Если стены не будет, значит, развернуться на сто восемьдесят градусов и идти в обратном направлении». Карина развернулась, как ей показалось, на девяносто градусов влево и сделала пять шагов. Стены не оказалось. Тогда, следуя намеченному плану, она развернулась, опять же, как ей показалось, на сто восемьдесят градусов и сделала в обратном направлении десять шагов… двенадцать… пятнадцать! «Этого не может быть! Хотя постой… наверное, гуляя вдоль стены туда сюда, я слегка отклонилась в сторону и отошла от стены больше чем на пять шагов. Значит, повернув налево и сделав пять шагов, я просто не дошла до нее. Вот дура! Надо было делать во все стороны по десять шагов. Так… значит, теперь, надо снова развернуться на сто восемьдесят градусов и идти в обратном направлении минимум шагов двадцать».

Карина развернулась и пошла… двадцать шагов… двадцать пять… тридцать! «Чертовщина какая-то, сначала пропала дверь, теперь вообще пропали стены… короче, хватит гадать и считать шаги, надо просто теперь идти в любом направлении до упора и все». Крутанувшись наудачу вокруг своей оси пару раз и вытянув руки вперед, Карина отправилась в путь… сорок шагов… пятьдесят… шестьдесят! Немного постояв в недоумении, она сделала еще десять шагов… «Ерунда какая-то, я точно помню, что даже самые длинные стены были не длиннее пятидесяти шагов. Куда делись стены? Может быть, все-таки, я случайно вышла из морга в коридор. Может быть, в больнице отключился свет и все здание погрузилось в темноту. И я теперь, по какому-то чудовищному совпадению, хожу по коридорам и не попадаю на стены?»

Карина снова развернулась на девяносто градусов и, уже не вытягивая руки вперед, не пошла – побежала. Она бежала так неизвестно сколько времени и, поняв, наконец, что стен в этом мире больше нет, начала останавливаться и… снова, наступив в свое или непонятно уже чье, дерьмо, упала вперед но… вытянутые вперед руки не ударились об пол… они ушли в пустоту, и Карина начала падать в какой-то погреб… через несколько мгновений она поняла, что это не погреб, а пропасть… очень глубокая пропасть… буквально бесконечная пропасть… это смерть.

Эпидемия бешенства

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *